Киноязык Рюсукэ Хамагути

Моё первое знакомство с японским кино случилось благодаря фильму «Близость» Рюсукэ Хамагути 2012 года. Фильм показался мне очень самобытным и впечатлил как сюжетно, так и визуально. Именно поэтому при выборе темы для визуального исследования я решила обратиться к творчеству этого режиссера.

Фильмы Рюсукэ Хамагути — размеренные, длинные, психологичные. Они наполнены диалогами и рефлексией, при этом, несмотря на большой хронометраж, совсем не кажутся монотонными и тяжелыми для просмотра благодаря четкому ритму. Несмотря на общее впечатление медитативности и спокойствия, фильмы Хамагути поднимают сложные и важные вопросы: о любви и предательстве, поиске себя и отношениях с другими, о честности и переживании горя. Это роднит фильмы Хамагути с жанром сёмингэки, для которого привычно парадоксальное сочетание умиротворенного любования повседневностью с социальной критикой, темами политики.

Цель моего исследования — выделить ключевые приемы и мотивы, которые помогают режиссеру раскрывать эти темы. Гипотеза исследования заключается в том, что киноязык Рюсукэ Хамагути формируется за счет набора общих приемов, которые повторяются от фильма к фильму, а также традиционных для японского кино принципов жанра сёмингэки. Для анализа я выбрала пять фильмов, которые показались мне наиболее значимыми и интересными: «Близость» (2012), «Счастливый час» (2015), «Асако 1 и 2» (2018), «Сядь за руль моей машины» (2021), «Зло не существует» (2023). В процессе исследования я старалась искать в фильмах общие визуальные образы и мотивы.

Выделив похожие образы и приемы, я разделила их по категориям, которые послужили рубрикацией исследования, — их получилось шесть: образ дороги, рефлексия через искусство, сёмингэки, предметные детали, композиция кадра и прием съемки «от первого лица». В каждом разделе анализируется одно из средств, повторяющееся в фильмах Хамагути, и его влияние на раскрытие героев, сюжет и зрительское восприятие. В качестве текстовых источников в работе используются кинокритические статьи, посвященные творчеству Рюсукэ Хамагути, рецензии, напечатанные в журналах «Искусство кино» и «Сеанс», а также опубликованные интервью с режиссером.

Ключевым образом в фильмах Рюсукэ Хамагути становится дорога. Это может быть поездка до дома на метро или машине, длительное путешествие или пешая прогулка — что-то из этого неизменно появляется в каждом фильме. (Даже в картине «Зло не существует» с её замкнутым пространством деревни, отличным от привычных для Хамагути городских пейзажей, в которых постоянное присутствие транспорта обязательно) Но поезда и автомобили — не просто фон. Дорога, рельсы, мосты для героев Хамагути — путь к познанию себя и пространство для коммуникации с попутчиком.

Автомобиль становится пространством для откровенного, длительного и честного разговора, в котором героям удается лучше понять друг друга и сказать самое важное — так происходит в фильмах «Зло не существует», «Сядь за руль моей машины», «Счастливый час». В драме «Асако 1 и 2» это точка, в которой героине приходится сделать выбор. Фуми в фильме «Счастливый час» принимает окончательное решение о разводе, идя домой по ночной улице, Сакурако совершает измену после случайной встречи в метро.

Герои «Близости» начинают задаваться вопросами о том, почему они вместе, кто они, идя по мосту вдоль дороги, а на фоне — рассветное небо и фары проезжающих машин. Поезд, на котором они каждый день возвращаются домой — место ежедневной рефлексии о прошедшей репетиции, а ещё — их личная традиция: махать проезжающему составу. И эта ежедневность, ритуал — ещё одна роль дороги в фильмах Хамагути. Сцены, в которых герои куда-то едут или идут похожи между собой и повторяются несколько раз за фильм и задают ритм картины, делят его на временные промежутки: «Машина — скрепа всех линий фильма». (Зара Абдуллаева, 2021)

«На длинной дистанции все его монтажные формулы и цепочки деталей, стимулирующих повороты сюжета, не слишком заметны за бесконечными проездами, проходами и разговорами в реальном времени». (Василий ​​Корецкий, 2024)

Среди героев Хамагути обязательно есть представители творческих профессий. «Близость» и «Сядь за руль моей машины» сюжетно построены на постановке пьес. Персонажи-актеры проживают свои личные травмы через отыгрывание ролей, раскрывают себя и взаимоотношения друг с другом.

В интервью «Искусству кино» режиссер рассказывает: «…герои фильма „Веди мою машину“ благодаря „Дяде Ване“ осуществляют перенос своих страхов и своей боли на персонажей Чехова. Это персонажи Чехова ведут их машины — машины смерти, вернее самоуничтожения. Театр тут работает как терапия, и актерство позволяет истинным водителям не разбиться по пути. Они будто попали в тренажер, симулирующий тяготы реальной жизни, симулирующий, но не упрощающий, не опошляющий, наоборот — выявляющий все препятствия и опасности, препятствия не к счастью, а к душевному равновесию и прощению». (Рюсукэ Хамагути, 2021)

В «Близости» студенты на репетициях пытаются обрести уверенность, обсуждают важные для них темы: самоощущение, любовь, войну. Рейко проводит своим актерам настоящие тренинги, задавая им вопросы о важном. В фильме «Счастливый час» тренинг хотя и не театральный, но близкий к тому: герои ищут в себе баланс и доверие к партнеру. Другой важной точкой рефлексии здесь становится рассказ молодой писательницы, который также побуждает персонажей к диалогу и приводит к окончательному разрушению взаимоотношений. В «Асако 1 и 2» также появляется театр, ставший эпицентром землетрясения, а обсуждение Чехова перерастает в конфликт.